Размышлизмы и пустословие

Уже много раз он перечитывал полученное письмо с вызовом на дуэль. В самом вызове не было ничего особенного: в его жизни уже было множество дуэлей. Спокойная, размеренная жизнь — это и не жизнь вовсе. Проблема была в имени отправителя. Вызов пришел от его друга, с которым, как ему казалось до этого дня, ему нечего было делить.

В назначенный час в условленном месте не было ни души, за исключением троих, его ожидавших.

— Где твои секунданты? — нервным высоким голосом спросил его друг.

«Бывший друг», — тут же поправил он себя и нахмурился.

— Вы же похороните меня, если я проиграю? — натужно улыбнулся он.

Бывший друг достал шпагу.

— Защищайся! — взвизгнул, став в позицию.

— Послушай, нам незачем драться, — сделал он последнюю попытку уладить дело миром.

— Защищайся! — крикнул ему пританцовывающий противник.

Он со вздохом стал в позицию. Острие шпаги противника смотрело ему в плечо. Противник делает шаг вперед — он отскакивает. Противник отскакивает — он шагает вперед. Сердцебиение учащается, но дыхание ровное — не первая дуэль в его жизни. Противник делает выпад. Отскок. Понеслась! Противник наступает — он приседает, делает выпад. Шпага противника пронеслась мимо. Рука ощутила сопротивление — бедро противника поражено. Отскок. Победа неминуема, если он не допустит ошибку. Шаг вперед, укол, отскок, блок. Противник истекает кровью, в нос бьет душный, тяжелый запах, от которого кружится голова. Противник становится все медленнее. Выпад — и рука снова ощутила сопротивление. Шпага пронзила грудь противника. Тот даже не успел среагировать.

Темная кровь обагрила землю. Противник уронил шпагу, был ужасно бледный, хватал ртом воздух, отчаянно хватался за рану на груди. Затем упал на колени, качал головой, что-то бормотал себе под нос. Через несколько мгновений все было кончено.

— Зачем все это? — выдавил из себя победитель. — Зачем?..

— Ты совратил его невесту! — выплюнул один из секундантов, беря тело за плечи.

— У него была невеста? — тихо спросил он.

— Ты не знал? А еще называешь себя его другом! — скривился другой секундант, взяв тело за ноги.

Они медленно понесли тело прочь, а он стоял и смотрел перед собой, не в силах осознать произошедшее.

Вскоре он перевелся в другой полк, где и погиб во время штурма крепости. Некоторые говорили, что он нарочно подставился, другие не верили, что он взял на себя грех самоубийства. Доподлинно этого никто не знал, тем более что после перевода никто из его старых знакомых ни разу его не видел.